alla-kot (alla_kot) wrote,
alla-kot
alla_kot

Categories:

Дни памяти ожившей, Истории.

В наш город пришла традиция, менять традиции.

Вот, и военный парад наконец-то, не под окнами художественных музеев, не мимо витрин бутиков и салонов, а по другому адресу, по проспекту Непокорённых.

Город отмечал, исключительно свой день, 27 января.
«День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады».
В этом году он выпал на понедельник, в общем-то, рабочий день.
Но 70-летие, особая дата. Посвященные памятным событиям военных лет, особые городские мероприятия, продолжались в течение недели.


В центре города, на три дня, открылась «Улица жизни» - уголок блокадного Ленинграда.


Нет рамок и порталов, но переступив условную черту, оказываешься в другом времени. Пересечение улиц, где на белом, палитра защитных цветов и оттенков. Доски, полоски, серый камень, черный металл, солдатская зелень.трамвай в Ленинграде
На небольшом отрезке улицы, очень много людей, но это не раздражает, а притягивает. В этой толпе хочется ходить, перемещаясь от одной группы к другой. Присоединяясь, то к слушателям, то к читателям, то к зрителям.


Каменная брусчатка мостовых, давно не чищеный снег. Закрытые щитами первые этажи и стекла дома в белых крестиках наклеенных полосок из бумаги. Люди, приникшие к щитам, глазами.
Читают.
Кусочек Итальянской, всего-то, от Садовой до Манежа за углом.
Сюда доставлен маленький трамвай, с маршрута 35. Короткий, узенький и с, давно не виданной, скобкой токоприёмника вверх.


Все, вчитывались в маршрутную табличку на трамвае. Из городских названий, мне знакомы и понятны только две. Проспект Газа и Турухтанные острова. Остальные названия мне ничего не говорили.
Как, красиво когда-то звучало - «мост Равенства»!. Потом, его несколько раз переименовывали и я застала его уже Кировским мостом. Сейчас он снова, Троицкий.

трамвай в Ленинграде
Трамвай имел четыре двери. Две в передней части и две в задней, две направо и две налево. Как будто бы он был рассчитан на однопутку, туда-сюда или как вагон метро.
В трамвайчик запускали партиями, в одну из задних дверей. Лесенка очень крутая. Ступенька снизу и сразу в вагон. Так что поручни у двери, совсем не украшение.

трамвай в Ленинграде
Молодые люди, волонтёры, терпеливо помогали всем. Дверца открывалась вручную. На панели за дверью, на петлях, откидывалась деревянная планка и под ней открывалась щель. В эту щель и сдвигается дверное полотно. Никаких колесиков у двери я не заметила. Народ вошел, дверь придвинули на место и закрыв щель деревянной планкой, зажали дверь от самопроизвольного распахивания.

трамвай в Ленинграде
Посадкой руководил кондуктор, у него было отгороженное место, как раз в хвосте вагона. В вагоне, деревянные лавки. Справа и слева, гладкими реечками, во всю длину вагона.
Вспомнилось, потом в городе, мы ещё застали новые трамваи. Большие, длинные и с автоматически открываемыми дверьми. Похожие, плоские двери трамвая, так же сдвигались в боковые карманы и деревянные диваны, так же тянулись по вагону из конца в конец.


А вот, троллейбусы такие старенькие, я раньше не видела. Удивляли, необычно оттопыренные фартуки корпуса сзади и спереди троллейбуса. Наклонным скатом, как у паровоза.


На улице, в снегу, застывшие машины. Грузовики, легковушка. Это совсем не похоже на парад ретро-автомобилей.


Экскурсоводы рассказывали, что вся историческая техника, экспонаты, на «улицу жизни» пришла своим ходом и всё действует. И пушки и пожарная машина.


Грузовик-автобус, с гирляндой рупоров на крыше, окрашен в защитный цвет. Хотя для города, глухая зелень, это скорее военный цвет.
На углу дома, Малой Садовой и Невского проспекта, можно видеть и сейчас такой, квадратный рупор громкоговорителя военных лет.
Мы с интересом заглядывали в окна автобуса. В нем с трудом угадывался прообраз первых пазиков. Единственная дверца, по ходу справа. Водитель, распахивал её наружу, как в доме и захлопывал, каким-то рычагом или дергая за тряпочные лямки.

В эти дни было холодно и немного промозгло, но люди шли и шли сюда, на «улицу жизни» и в рабочий день. Многие несли цветы, и алые пятна цветов ярко выделялись на всех экспонатах инсталляции.

На технике, на орудиях, на заборе. На тележке с грузом снарядных ящиков и мешков с песком, для закладки проёмов, защищая от попадания осколков от взрывов.

Старшие, давали урок, подавали пример. Бабушка пришла с внучкой. Они принесли цветы. По возрасту, бабушка вряд ли застала войну, но видимо знает о ней не мало.


Многие, фотографировали, фотографировались, фото сессии были разные.

Рисованные слёзы, пуговички черепами.
Молодая мамаша, фотографировала сына на фоне техники и среди противотанковых ежей. Возьми сынок, цветочек в руки…….

Когда слышу пафосное, «Мы Все должны помнить!», коробит. Не должны, а помним, пока жива память. А память жива, от причастности, от рассказов очевидцев, от знания своих родных, близких и знакомых. Брат, дядя, дедушка, сосед, земляк….
Я помню послевоенную полуторку, на которой шоферил отец. Одна, на всю ширину кабины, дермантиновая спинка и сиденье, диванчиком. Дверки, фанерные изнутри и плоское переднее окно. Рама крепилась сверху и могла отклоняться чуть вперед, на полуциркульных кронштейнах, приоткрывая для проветривания щель снизу.

У нас, по посёлку, бегал трофейный мотоцикл. Военный БМВ, с залатанной дыркой от пулеметного гнезда в люльке.

Как будто здесь и стояла, старая телефонная будка, с разбитым стеклом, на котором «разговор свыше 3-минут запрещен». А вот, круглые афишные тумбы, с афишами военных лет, кажутся здесь чужими. Театр и опера в блокадном городе – не укладываются сознании. Город не просто жил, а продолжал жить. Вспомнился мамин рассказ. Когда, после снятия блокады, их направили в город, в помощь для восстановления, она работала на заводе Союз. Завод, кроме военных заказов, не переставал делать пёрышки для ручек!

Кажется, совсем недавно, исчезли с улиц ящики « для найденных документов».


С площади, не хотелось уходить, а хотелось смотреть, слушать, читать. На дощатых щитах пестрели бумажные плакаты. Всё для фронта, всё о защите.

Люди жадно приникали глазами к щитам. Читая воззвания, газеты, сводки, объявления.


На углу Дома Радио, где сейчас и в дни блокады работала радио студия, постоянно шли трансляции. На мониторах шли кадры хроники о городе в дни войны и блокады. По радио были слышны голоса воспоминаний, и стихи поэтов...


Холодно, за колоннами дома радио можно было немного согреться. Постоять рядом с Ольгой Бергольц, голос которой чаще всего был слышен над городом, когда она жила и работала здесь.

Спасибо людям знающим, создавшим это уголок - напоминание, за ожившую память истории нашей.
Tags: Зима, История, Люди, Праздник, Размышления, Санкт-Петербург
Subscribe

  • Пройтись по Сахаре. Джерба.

    На Джербе, всегда хорошо, и в октябре и в ноябре, лишь бы самолеты летали. Этот Тунисский остров меня интересовал давно, после поездки в Алжир.…

  • Парадиз. Сад Рая на Земле

    «Если в мирской обители и есть что-то, что может относиться к райской, то это лишь названия». Ибн ‘Аббас. В Средние века в Европе считалось, что…

  • Сервестан и Дворец времен Сасанидов «Khavaran Palace»

    На тринадцатый день, долгий путь из Шираза на юг, в Керман, с остановкой в Сервестане. Там мы осмотрим Дворец времен Сасанидов. Период династии…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments

  • Пройтись по Сахаре. Джерба.

    На Джербе, всегда хорошо, и в октябре и в ноябре, лишь бы самолеты летали. Этот Тунисский остров меня интересовал давно, после поездки в Алжир.…

  • Парадиз. Сад Рая на Земле

    «Если в мирской обители и есть что-то, что может относиться к райской, то это лишь названия». Ибн ‘Аббас. В Средние века в Европе считалось, что…

  • Сервестан и Дворец времен Сасанидов «Khavaran Palace»

    На тринадцатый день, долгий путь из Шираза на юг, в Керман, с остановкой в Сервестане. Там мы осмотрим Дворец времен Сасанидов. Период династии…